Двух женщин нeвoзмoжно лю6uть одинаково

Светлана почувствовала себя неважно и отпросилась с работы. Только закрыла за собой дверь, сразу поняла, что муж дома не один, причем, босоножки стояли женские. Не раздеваясь, она прошла в спальню.

— Витя? – на их спальном ложе муж о6нимался с женщиной.

— Света? Это не то, что ты подумала. Мне стало плoxo, и…

— Эта женщина, мимо проходившая, сделала тебе хopoшо? Ну что ж, пpoщайся с ней. Я думаю, этой женщине здесь больше нeчeгo дeлaть.

 

— Ты меня забросила. Я почувствовал себя одиноко, решил прогуляться, по дороге встретил свою одноклассницу. Тома просто мне посочувствовала. Не надо меня одного во всем обвинять.

— Ты у нас никогда не виноват.

— Только не надо устраивать истерику. Ты же знаешь, при моем заболевании вредно волноваться.

— Вить, я беременна.

— Правда что ли? Я буду отцом? – Виктор забыл, что рядом с ним лежала женщина, уткнувшись лицом в подушку. Он подскочил к жене.

— Отойди, мне так противно и мерзко, что хочется помыться.

— Света, это всего первый раз. Это ошибка, прости, пожалуйста. – Женщина смотрела на мужа и не понимала, за что он так с ней обошелся. И что ей делать? Уйти? Но ведь она от Виктора ждет малыша. Никто и никогда не будет любить ее ребенка так же, как его родной отец. Если она уйдет или выгонит Виктора, маленький останется без папы.

— Мне кажется, что твоя беременность сейчас некстати. Ты же знаешь, что мне нужна операция. И я не скоро выйду на работу. А на ребенка нужна куча денег.

— Я получу декретные, да и до родов попытаюсь что-нибудь накопить.

— Себя пожалей. Мне будет стыдно, если моя жена будет крутиться, чтоб меня выходить после операции, заработать на ребенка. Нет, я так не смогу, совесть мне этого не позволит. Ты сделай аборт, пожалуйста. А дети у нас с тобой еще будут потом. Дай мне выздороветь. – Светлана была так увлечена доводами Виктора, что не заметила, когда испарилась женщина с кровати. Ей вдруг показалось, что это мираж. Может, и не было никого рядом с мужем?

Может, у них с мужем все будет хорошо. Ведь они любили друг друга. И оставлять Виктора в таком состоянии – это не по-человечески. Всю ночь мучилась вопросом: а любит ли ее муж? Они так хотели малыша. Третий год в браке, и они не дети, обоим уже под тридцать. Придется все взвесить, чтобы решиться на такой серьезный шаг.

Светлана не приучена к тому, чтобы свои личные проблемы выносить на показ. Она и с подругами их никогда не обсуждает. Весь день в голове была целая каша, домой возвращалась в таком же состоянии.

— Ты же сам говорил, что хотел ребенка. Я беременна. – голос женщины срывался на крик, поэтому Света невольно повернула голову в сторону. Рядом с мужем стояла та самая одноклассница. И она все для себя решила. Пришла домой, взяла спортивную сумку, пожалела, что одолжила знакомой чемодан, который катится на колесиках. Пришлось взять самое необходимое. В дверях встретилась с Виктором.

— О, она уже и сумку собрала. Когда только успела.

— А когда ты с женщиной выяснял отношения. Решила уйти. Пусть хоть один малыш растет с отцом. Кстати, квартиру мы вместе покупали, поэтому при разводе я потребую свою половину. Счастливой семейной жизни. – Застряла мысль, что Виктор должен ее остановить, потому что она не знает, где ей сегодня ночевать. Но он стоял и смотрел на нее, как совершенно чужой человек, которому не до чего нет дела.

Светлана спустилась по лестнице, вышла из подъезда, посмотрела на осиротевшие окна. Почему осиротевшие? Возможно, там уже сегодня будет кипеть жизнь. Это с ней Виктор всегда был больным. Кто его знает, как поведет себя его новая пассия? Не будет ему потакать, он и забудет про свои болячки.

Женщина присела на скамейку, пусть ей здесь еще не все такое родное, но расставаться с прошлой жизнью не хотелось. Ее просто страшило будущее. Одна, с малышом на руках… Она просто не представляла, как будет со всем этим справляться.

— Света, в гости собралась? А почему вечером? Сил нет дождаться утра? – Тетя Тоня – добрая старушка, никогда не пройдет мимо чужой беды. – Понимаю, от этого прохвоста давно надо было уйти. Последнее время к нему зачастила дама, бессовестная, женатому мужчине вешаться на шею, бесстыжая она. А ты к родителям?

 

— Нет автобусы туда уже не ходят. Вот думаю, где переночевать, а утром уже буду думать о новом жилье.

— Чего тут думать, пошли ко мне. Живу одна, никто тебя не побеспокоит.

— Нет, тетя Тоня. Мне надо снять квартиру как можно дальше отсюда, чтоб никогда не видеть Виктора.

— Не переживай. Я тебе помогу. У меня племянница живет в Кировском, она с удовольствием сдаст тебе комнату. По моей протекции много не возьмет. А салонов и там много, работу найдешь без проблем. – На эту ночь Светлана осталась у бабы Тони. Но кровать ей показалась жесткой, и она долго не могла заснуть, все выискивала причины своего неудавшегося брака.

Она была поздним ребенком в семье. Отец – кадровый военный, мама за ним моталась по гарнизонам, а с ребенком на руках это не так легко. Вот и откладывала все на потом. А когда возраст подскочил к сорока, будто проснулась: некому будет в старости подать кружку воды. Рожала Ангелина у родителей, там и жила, пока Свете не исполнился годик. Ее всегда беспокоило медицинское обслуживание.

Служили они в то время в глухом таежном поселке, откуда до крупного города можно было долететь только вертолетом. Иногда пользовалась услугами продуктовой машины, что завозила провизию в часть. Жены военных целые талмуды передавали водителю и слезно просили, чтоб он купил им все по списку.

Ребенок маленький, поэтому Ангелина и жила вдали от мужа. Да и помощи от него никакой, то в нарядах, то на учениях все лето, часты были и командировки. Мать Светланы всегда была отличной хозяйкой, заботливой женой. Если Николай придет с работы и зачихает, она тут же укладывала его в постель, укрывала теплым одеялом, поила чем с малиновым вареньем, пичкала таблетками и не разрешала подниматься, пока муж не пойдет на поправку.

Вот и Светлана жила по этому же сценарию.

После школы у нее была возможность пойти учиться дальше, но отец, сполна отдав долг Родине, получил сертификат на приобретение квартиры. Не хотелось им возвращаться в родные места, хотелось ближе к югу, пора уже греть свои косточки под солнцем. Начинать где-то учиться, а потом переводиться Света не захотела. Закончила курсы маникюрш, работа понравилась, и учиться дальше ей расхотелось.

Коллектив в салоне подобрался дружный, постоянно друг друга заменяли, Света освоила мужскую стрижку. И Виктор стал первым ее клиентом. Она ему объяснила, что навыка у нее нет, она только стажируется, но он не испугался, сел к ней в кресло.

Уходя, пригласил вечером погулять по городу, в котором для Светланы все было новым. Подругами еще не обзавелась, чтобы они проводили для нее экскурс. Виктор оказался очень приятным молодым человеком, его не интересовали кабаки, забегаловки, да и в ресторанах был редким гостем, питался исключительно домашней пищей.

Стал часто приглашать Свету к себе в гости. Татьяна Семеновна – добрейшей души человек, приняла невестку, как родную дочку. После свадьбы они больше года жили с ней. Она сама попросила сына съехать, чтоб твердо становиться на ноги.

— А то со мной ты так и останешься маменькиным сынком. А у тебя семья, пусть пока маленькая, но прибавление, думаю, не заставит вас долго ждать. — Родители с обеих сторон помогли им купить квартиру. И они зажили самостоятельно. Светлане нравилось стоять у плиты, придумывать что-то новое на основе старых рецептов. И Виктор у нее стал болеть. Вот ту и проявилась материна жилка.

Она и шагу не давала мужу сделать, сама записывала на прием, водила по докторам. Ничего серьезного у Виктора не обнаружили, но он продолжал болеть и хаять нашу медицину. И нацелился на заграничные клиники. Вот они и складывали копеечку к копеечке. Со временем Виктор перешел на неполный рабочий день, хотя внешних признаков болезни Светлана у мужа не замечала. Простуды были, но она их лечила по проверенным методам матери. Муж ссылался на слабый иммунитет.

 

Вот так Светлана полностью растворилась в муже, она просто была ему нужна. Бывало, что задерживалась на работе, но полуфабрикатами никогда не пользовалась: не доверяла составу, что читала на пакетах: написать можно всякое, поэтому приходилось до полуночи мужу готовить вкусную полезную еду. А он, когда засыпал, всегда высказывал ей свои недовольства, потому что она забывает о супружеском долге, но ни разу не подошел и не помог даже посуду помыть. Но кто ей теперь виноват? Сама разбаловала, вот и получила такой пинок под зад.

Света знала, что в первую очередь она должна думать о себе, но опыт мамы говорит об обратном: нужен человек, ради которого стоит жить. А теперь у нее только маленький зародыш, который проявляет себя пока тем, что ему не нравится, что мама кушает. А вот соленья он принимает любые. И теперь она будет думать только о нем, ни о каком аборте дум нет. Он должен родиться, иначе на кого же тратить свою заботливость.

Но любовь по щелчку пальцев не проходит. Светлане понадобилось полгода, чтоб понять, что Виктор не тот человек, который мог бы сделать ее счастливой. За это время они развелись, разменяли квартиру. Света купила себе однушку, просторную, но с доплатой, зато с малышом им не будет тесно. И она жила мыслями о своем сыночке.

Родился Антошка не очень крупным, но здоровеньким, зато рос по часам. Ползать начал сразу после полугода, а в восемь месяцев уже встал на свои ножки. Бабушка Геля всегда была на подхвате, порой Свету душила ее забота.

— Доченька, я же хочу, чтоб у тебя было больше свободного времени. Не надо прятать себя за этими стенами. Прогуляйся, а мы с Антошкой прекрасно проведем время и без тебя.

— А папа там один. А вдруг заболеет?

— Не маленький, знает, где поликлиника, и телефон в руках. Тебе я нужнее. – Так Свете хотелось грубо ответить матери, но не могла обидеть. Когда сыну исполнился год, она вышла на работу, а бабушка забрала внука к себе.

Ей стало скучно одной, и она стала прохаживаться в людных местах. С Григорием была знакома давно. Их познакомил Виктор на одной из вечеринок, куда они были приглашены с мужем. В то время он был неженатым. А вот сейчас на безымянном пальце красовалось тонкое обручальное колечко, но Гриша ее остановил первым. Света сначала хотела проигнорировать его приветствие, ей думалось, что он начнет распространяться о Викторе, о котором она ничего не хотела слушать.

Роды никак не сказались на ее фигуре, такая же осиная талия, как и была раньше, а вот блеска в глазах прибавилось. Порой Свете казалось, что они загорались при виде каждого симпатичного мужчины. А вот взглянула на Григория, и они потухли.

— Если на пару минут разговор, могу задержаться. – Светлана вся напряглась.

-Расслабься, просто захотелось пообщаться, не виделись-то уже около двух лет. Слышал, ты сына родила, а по тебе и не скажешь. Моя вот после родов сразу пухнуть начала, сейчас нужны еще одни руки, чтоб ее обхватить.

— Гриш, это комплимент или ты так не любишь свою жену, раз говоришь о ней такие пошлости? Бросит ребенка кормить грудью и войдет в норму. Вы странные люди мужчины. Вам надо, чтоб малыш был здоровый и жена оставалась в прежней форме. Такого не бывает.

— Но ты же сохранила свою фигуру?

— Если ты об этом хотел со мной поговорить, то извини, я солидарна всегда с женщинами, а не с вами, которые нас меняют, как перчатки. – Она увидела, что Григорий изменился в лице, даже начал щелкать пальцами.

— Хорошо, давай встретимся в другом месте, поговорим не на бегу. – Светлана вздернула свой красивый носик и пошла, не оглядываясь. А Григорий смотрел ей вслед, восхищаясь плавной походкой. Ну и дурак Витька, поменял такую красавицу на Томку. Еще неизвестно, от кого она родила. Друг собирается делать ДНК.

Уговаривал же его помириться со Светой, женщины, в отличие от них умеют прощать. Так он уперся, как осел. Так пусть теперь сидит на пресных щах да на каше без масла. С Томкой-то на людях стыдно показаться, как и Григорию со своей женой. Ладно, ему не повезло с Галькой, так получилось, что страсть им овладела быстро, и брак его был стремительным. Теперь вот кусает локти. Он готов платить алименты, только чтоб не слышать постоянное нытье жены.

 

— Гриш, мне бы платье купить, а то в поликлинику с Миланой не в чем сходить, все малое.

— Худеть не пробовала? Сегодня платье, через месяц еще одно. Мимо зеркала несколько раз в день проходишь, самой-то непротивно? Весь гардероб завешен твоим шмотьем, перешивай. А на тебя, пока ты не похудеешь, больше копейки не потрачу, — Григорий буквально вылетел из дома. Он и не ожидал увидеть Светлану. Было время, он завидовал Виктору, потому что жена над ним тряслась, как наседка.

А его Галька только тем и занимается, что набивает свой желудок до отказа. И Миланку тоже раскормила…

Светлана для мужчины стала самым настоящим наваждением. И он начал ее буквально преследовать. Каждый вечер встречал около салона, провожал до дома, напрашивался в гости, но она была неприступной крепостью.

И однажды ей просто надоело. Она пригласила мужчину в гости. Открыла перед ним пустой холодильник. Кроме вина, была еще коробка конфет.

— Отлично, есть что вы.пить и чем за.кусить.

— Ты губу-то не раскатывай. Портить на тебя марочное ви.но? Мужчина сам должен с ним приходить в гости.

— Сейчас все исправим, — Светлана не успела открыть рот, как за Григорием закрылась дверь. Через пятнадцать минут он водрузил на стол целый пакет продуктов, причем стол накрыл сам, Света только наблюдала за его умелыми действиями со стороны. Впервые увидела мужчину, который так тонко режет колбасу, сыр. Витька отрезал почти четверть палки и все засовывал себе в рот.

Застолье началось с нескольких реплик. Дальнейший разговор с каждым выпитым глотком пошел веселее. И вдруг Грише захотелось поднять на руки пушинку и покружить. В кухне места было мало, и он понес Свету в гостиную. Непонятно от чего, но у мужчины закружилась голова, и они плюхнулись на диван… Женщина почувствовала мужское тепло и отдалась. Часа два не могли насытиться друг другом. Потом Григорий резко вскочил.

— Мне пора, — и стал одеваться.

— Гриш, зачем тебе это было нужно? – мужчина будто ее не слушал и выскочил за дверь. Света, сняв куртку, что висела на вешалке около двери, бросилась за ним, чтобы получить ответ. Воздух прохладный, свежий, будто отрезвил Григория.

— Люблю я тебя и давно. Но у меня дома жена. Я не представляю теперь, как смогу без тебя жить. Позволь мне хоть изредка приходить к тебе в гости. – Внутренний голос женщине говорил, что нужно соглашаться. В ее жизни давно не было мужчины, а сегодня Света почувствовала себя не просто женщиной, а желанной женщиной. Ей было так хорошо. Но она промолчала.

— Спасибо и за это, что не отказала. Я так понимаю, молчание знак согласия. – Светлана скупо улыбнулась и прислонилась к щетинистой щеке Григория губами. Мужчина на мгновение забыл обо всем. Спасибо таксисту, который просигналил, потому что звонка по телефону Гриша не слышал.

Света понимала, что такая любовь под запретом, но с собой не могла ничего поделать. Ей хотелось быть рядом с Григорием всегда. Но как вспомнит, что пережила она, когда ей муж изменял, сразу становится жаль Галину.

Но это не интрижка или скоротечный роман. Со временем Светлана осознала, что между ними настоящая любовь, от которой не избавиться никогда. И вот они с Гришей целый год вместе и не вместе. Миланка подрастает и требует большего внимания от отца. А у Светы уже Антошка четко произносит: «Где папа?». Он, как только увидел мужчину, сразу назвал его папой. Мальчик жил одними ожиданиями.

 

Их отношения зашли слишком далеко. Как ни старались, а новой беременности Светлана не избежала. Григорию пришлось жить на две семьи. Причем, все свободное время было поровну поделено между ними.

Жизнь, вообще, сложная штука. Порой в ней разобраться нелегко. В одно Света не верит, что двух женщин невозможно любить одинаково, как-то сказала Грише об этом.

— Вы каждая дополняете друг друга, -эта фраза ее чуть не убила, она пыталась ее переварить, чтоб хоть немного прийти в себя. Значит, все-таки можно. Она связалась не с тем, который так легко оставляет одну семью и переходит в другую. Сколько продлится двойная жизнь мужчины, никто не сможет дать ответ, да он и сам не знает ответа.

источник

Понравилось? Поделись с друзьями:
WordPress: 6.39MB | MySQL:44 | 0,145sec