Теперь я знаю, в какую «‎командировку» ты уезжал

— Уже домой? А мы тебя с Колькой только через пару дней ждали, — радостно говорила супругу в трубку Яна, — Мелкий рад будет. Уже все уши прожужжал, когда папа приедет.

Командировки для Юрия были делом привычным. Он работал в крупной фирме по перевозкам и часто отлучался в поездки. Яна выходила замуж, понимая, что ей часто придется оставаться одной. Немного страшно было, когда тест на беременность показал две полоски, и стало ясно, что вскоре жизнь кардинально поменяется с появлением малыша.

 

Колька родился точно в срок, и счастливый муж стоял под окном родильного дома с огромным букетом. Тогда он как раз тоже приехал с командировки на день позже, как чувствовал, что в семье их прибыло новым смешным маленьким человечком.

Опасалась Яна зря. Малыш оказался спокойным, щекастеньким карапузом, который первые полгода вообще только ел, спал и пачкал памперсы. Никаких страшилок, которые рассказывают молодые мамочки про бессонные ночи, Яна с Колькой не увидела. Он рос уравновешенным, шалил без особенных разрушений, пошел поздно – в год и два месяца. Зато говорить начал почти сразу, как зашагал по двору в крошечных сандалиях с мордочками медвежат.

Сына Юра обожал. Долгожданный ребенок был точно копией отца. Тот же тяжелый подбородок, тот же разлет бровей, даже форма пальчиков, как у папы. Юра, когда бывал дома, возился с ребенком, чтобы Яна могла передохнуть, спокойно поесть и помыться. Жизнь молодой семьи с малышом простой не бывает, но муж и жена никогда не унывали и не жаловались, а бесконечная любовь к маленькому разговорчивому мальчику давала сил.

Когда Коле исполнилось два года, перебрались в свою квартиру. До этого жили на съемных. Яна была совершенно счастлива. Она сама связала пушистые теплые пледы на диван, на колькину коечку.

Муж, когда приезжал, помогал и по дому – ремонтировал что нужно, никогда не отказывался помочь помыть посуду или полы. Он не считал, что есть какая-то особая женская работа, особенно при маленьком сыне. Но Яна сама старалась его не перегружать, дать возможность отдохнуть. Коле мама всегда говорила:

— Не шуми, папа с дороги, папа спит!

Маленький человечек затихал, собирая кубики, и лопотал почти шепотом. Его редко ругали, да этого обычно и не требовалось, он и так с полуслова все понимал.

Когда отец был дома, он водил Колю в садик. Мелкий гордился и всем сообщал, что привел его папа и он работает на больших машинах. Юра улыбался и таял от сына.

Если бы Яну спросили, счастлива ли она, женщина без сомнения ответила бы, что да, очень счастлива. Все у нее есть: дом полная чаша, любимые муж и сын. Хотелось дочку, конечно, это через пару лет. Коле еще и четырех нет, нужно немного передохнуть. Все-таки маленькие дети, как бы сильно мы не любили их, это большая ответственность и большая нагрузка.

В очередную командировку Юра уезжал почти на месяц. На этот раз дорога его лежала на север, куда-то к Архангельску, и Яна переживала. Уже сколько лет вместе, и сколько лет муж ездит вот так, половину жизни проводя в своей огромной фуре, но каждый раз щемило тревогой сердце.

Дорога непредсказуема. В ней может случиться, что угодно, а на бескрайних российских просторах может случиться так, что останешься в чистом поле на трассе один, и помочь будет некому. Как всегда, перед юриными поездками, Яна старалась покормить супруга повкуснее, несколько раз перебрала вещи, собранные в путь.

— Носков побольше положила, и теплых тоже. Все-таки у нас тут тепло, а там-то еще холодина стоит. Ночами так точно. Коля тебе в садике ежика смастерил из шишек… — суетилась жена, в очередной раз копаясь в чемодане.

— Ежика непременно положи. Буду доставать, вспоминать. Сядь, Ян, успокойся. Ты тревожишься, и я эту тревогу чувствую, не хорошо это перед дорогой, сама ведь знаешь, — откликнулся супруг, беря жену за руку и притягивая ее к себе на колени.

— Да, что-то не спокойно на душе, — призналась женщина, кладя голову мужчине на плечо.

— Ну, сколько раз тебе повторять – заговоренный я. Человек пути. Есть такие на свете, ты за таким замужем. Не тревожься.

 

Утром Яна встала раньше мужа, разогрела завтрак. Вновь пробежалась по списку вещей, удовлетворенно кивнув, что все сложила, ничего не забыв. Вместе завтракали, и жена тепло улыбалась Юрию, пока тот уплетал яичницу с колбасой.

— Ну, все, ждет меня шершавенькая. До встречи! Кольку от меня обними, — муж нежно поцеловал Яну.

Колька еще видел третий сон в своей кроватке, его будить не стали. Яна закрыла дверь за мужем, прошла на кухню, села и расплакалась. При нем она всегда крепилась, но когда Юра уходил, то позволяла себе эту женскую слабость. На душе по-прежнему было пасмурно и неспокойно, тревога не давала вздохнуть – к чему бы это?

Тревожилась Яна зря, муж вернулся на два дня раньше. Что-то там с разгрузкой побыстрее вышло, и Юра помчался домой, к жене и сыну.

— Папа, папа, папа приехал! — ошалев от радости, орал Колька, — Что ты мне привез?

— Я тебе привез сову деревянную, смотри-ка, — Юрий выудил из чемодана фигурку деревянной совушки, у которой открывались и закрывались глаза, если повернуть сзади нехитрый механизм, — А еще мне лисичка дорогу перебегала, хлебушка с колбасой тебе передала. Лисичкин хлеб будешь?

— Буду, буду, — крутился малыш, схватив и сову, и бутерброды, явно купленные в каком-то дорожном кафе.

— Ну что, жена, ждала ли? — Юрий весело подмигнул Яне.

— Спрашиваешь еще, — отозвалась так.

Яна всматривалась в мужа так, словно не месяц его не было, а целый год. Что-то было не так. Он ездил на север, а вернулся такой загорелый, словно на югах отдыхал.

— Слушай, а ты где загорел-то так? — спросила жена, когда сели ужинать.

— М? Наверное, на воздухе просто часто бывал, вот и налипло. Да не обращай внимания, лучше расскажи, как вы тут жили-были без меня.

Это был традиционный ритуал – когда Юра приезжал, всегда спрашивал, как семья без него жила. Хотя во время сотовых телефонов, понятное дело, созванивались каждый день. Но традиции нарушать нельзя.

— Да как жили. Колька в садике с Левой ссорится, воспитатель жалуется. Хвалит его тренер в бассейне – наш плавает, как утенок. Я тебе шарф и шапку вязать начала…

Яна рассказывала, Юра ел и слушал. А у нее все не выходило из мыслей, где он так загорел. Ночь она крутилась, никак не могла уснуть. Женская интуиция такая штука: если женщине что-то кажется, скорее всего, ей не кажется. Муж спал, как обычно с дороги, крепко.

Утром он ушел в свою контору, у Яны был выходной. Она отвела ребенка в садик и решила позвонить начальнику мужа. С Егором они когда-то учились в одной школе, и тот даже в седьмом классе был в нее влюблен. Те детские симпатии давно миновали, обоим уже пошел четвертый десяток, у обоих свои семьи, дети. Но теплые отношения остались, и Яна иногда звонила Егору начет Юры.

 

— Егор, привет!

— Я, Януся, привет-привет, давно не слышались, — искренне теплый голос в трубке заставил Яну улыбнуться в ответ, — Почему звонишь? Случилось что?

— Да не то, что бы случилось, Егор. Тревожно что-то последние дни, вот решила спросить. Муж тут ездил на север же недавно, ты его командировал под Архангельск куда-то…

— Погоди, ты что-то путаешь, Яна, никакой командировки на север не было, — огорошил начальник.

— Да как же так, он целый месяц дома не был, сказал, ты его с каким-то грузом важным отправил в такую даль.

— Ян, мне тебя обманывать резона нет. И его покрывать тоже. Он мой подчиненный, а не сват и брат. Он ко мне пришел, сказал, что очень устал, прямо выгорел, хочет отпуск. Я согласился. Сама знаешь, весна у нас более-менее спокойный сезон, можно урвать время на отдых, потому как летом такой роскоши нам не светит. Он написал заявление, я подпись поставил. Все. Где его месяц носило, я понятия не имею. — Говорил Егор, а Яна чувствовала, как колотится сердце.

Теперь все стало совсем плохо. Муж не говорил ни о каком отпуске, а наплел про командировку. Куда он ездил и с кем? Что не на север, это точно. Там еще холодина, солнца для такого загара просто нет, все еще в шубах ходят. Тогда что произошло?

За пять лет брака, что Яна прожила с Юрой, она ни разу не усомнилась в нем. Не было подозрений насчет того, что он может увлечься другой женщиной, совершить нелицеприятный поступок, который многие женатые мужчины считали чем-то само собой разумеющимся. Но не на что другое сейчас Яна просто не могла подумать. Чтобы не терзаться сомнениями и дальше, она дождалась мужа с работы. Колька смотрел мультфильмы, погруженный в сказку про Морозко. Муж и жена ужинали, и Яна старалась держаться, как обычно, не выдавая грызущей ее тревоги.

Когда Юра поел, немного поиграл с сыном, то сказал, что устал, и пошел спать. Яна улыбнулась ему, ответив, что придет позже, хочет плиту помыть. Когда в их спальне все затихло и послышался храп, Яна решилась. Зачем-то на цыпочках она подошла к столу, где лежал телефон супруга. Пароль для разблокировки жена знала и, набрав в грудь побольше воздуха, поспешно нажала нужные цифры. Телефон послушно пустил Яну в святая святых каждого человека — в его социальные сети с личными переписками.

Долго искать не пришлось. Мессенджер услужливо подмигнул верхней строчкой от пользователя «Оксаночка».

«Спасибо за поездку, любимый! До сих пор не могу опомниться от счастья», —написала… подруга Яны. Оксану Яна сразу узнала по фотографии. То фото она сама и сделала, когда они пару лет назад ездили покупать Оксане купальник. Яна всегда считала ее своей близкой подругой и даже подумать не могла, что та может положить глаз на Юру. Из переписки следовало, что целый месяц ее муж прохлаждался на морском берегу с ее лучшей подругой! Эта новость стала громом среди ясного неба.

— «Что теперь делать? Как жить дальше? Коля такой маленький. Как мог Юра так поступить? А Оксана? Ведь столько лет дружили…» — все это вихрем крутилось в голове у Яны, не давая свободно дышать.

 

Грудь словно сдавили железным обручем, на глаза навернулись слезы. Злые, отчаянные. Ну, она им покажет!

Яна быстро положила телефон мужа на то же место, с которого взяла его. Схватила свой гаджет и написала Оксане: «Привет! Предлагаю завтра закатить дружеский ужин с Юрой и Колькой. Придешь?»

Ответ пришел быстро. Оксана ожидаемо согласилась, а Яна металась по кухне, вглядываясь за окно в огни ночного города. Больно, горько. Но больше женщина себя обманывать не позволит. И Кольке такой отец не нужен, раз он так с его матерью обошелся.

Утром она сказала Юре, что вечером позвала Оксану. Тот кивнул, не заподозрив неладное. Днем Яна хлопотала на кухне, готовя потрясающее ароматное жаркое, легкие закуски на шпажках, любимые бутерброды Юры со шпротами и солеными огурцами на поджаренном бородинском хлебе.

Оксана пришла чуть пораньше, обнялась с Юрой, поцеловала маленького Кольку. Мелкого отправили смотреть мультфильмы, наложив ему полную тарелку всякого вкусненького. Взрослые остались на кухне одни. Яна налила себе в высокий стакан апельсиновый сок, сделала пару больших глотков. Во рту предательски быстро пересыхало от волнения.

— Значит, так, голуби мои сизокрылые, — довольно громко поставив стакан с соком на стол, сказала женщина, —Я прекрасно знаю где вы оба так здорово загорели. Даже номер комнаты в отеле, где отдыхали, знаю. Поэтому…

Первым отвис от потрясения Юра. Он вскочил, уронив стул, пока Оксана растерянно хлопала нарощенными длинными ресницами, открыв рот:

— Яна, прости, бес попутал!

— Сядь, — жена облила его тяжелым злым взглядом.

— Да дай мне сказать про поездку, ты не так поняла все…

— Теперь я знаю, в какую «командировку» ты уезжал — Заявила Яна загорелому мужу

— Яна, я даже рада, что ты обо всем знаешь, — вдруг вступила в разговор Оксана.

— Знаешь, подруга, и я рада. Правда. Сколько бы еще в неведении жила, если бы не залезла в телефон Юры и не прочла о вашем очаровательном отдыхе на морском бережке. Жить с мужем я больше не могу, вашему счастью мешать не стану. Юра, собирай вещи, забирай свою новую любовь, и вон отсюда. Если ты мужчина, квартиру оставишь нам с сыном. Если нет, разделим честь по чести. Вопросы есть?

Оба молчали. Юра молча встал и пошел собираться. Оксана суетливо последовала за ним. Яна осталась сидеть за столом, отправив в рот оливку с сыром на длинной шпажке.

Бывшая подруга и почти бывший муж ушли тихо. Яна оглядела красиво сервированный стол, прибежал Колька.

— Мама, а где папа? — сразу спросил малыш.

На щеке у него был мазок крема от эклера, который тот ел в своей комнате. У Яны сердце дрогнуло:

— Папа… Знаешь, малыш, папа пока уехал. Мы одни поживем с тобой, хорошо?

— Хорошо. А он вернется?

— Он обязательно будет тебя навещать, милый мой.

Оказалось, самое сложное — это не показать мужу отворот поворот, не то, как теперь жить одной, без мужского плеча, а объяснить вот этому маленькому человеку, что совершил папа, и почему он больше не будет жить с ними. Как это сделать, Яна еще подумает. Сын пока мал, он вырастет и все поймет. Яна была уверена, что, будь ее голубоглазый разумный мальчик большим, он бы встал на ее сторону. Но Коле пока всего четыре, и он обнимает маму, прося рассказать ему сказку, которую пообещал сегодня вечером сыну отец.

источник

Понравилось? Поделись с друзьями:
WordPress: 6.42MB | MySQL:44 | 0,149sec