Жить дальше

— А что, женись на мне, Лёш! Я знаешь, как тебя любить буду! — прижав ладони к груди, заверила Люба.

— Всё зубы скалишь, Любашка? Делать тебе нечего! — отозвался Алексей.

— Он у нас однолюб! — прыснули девчата.

— Отставить, — хлопнул по столу Егор Иванович, — если тебя, Любка, никто замуж не зовёт, так я готов! Только чур, чтоб супружеские обязанности исполнялись, как положено!

Девки засмеялись ещё громче, потому что если Алексей годился им в отцы, Егор Иванович вполне бы мог сойти за дедушку.

 

— Ладно, пойду я, — пожав ему руку, сказал Алексей. — До понедельника, Егор Иваныч!

В хорошем настроении он вышел через проходную и направился к киоску. Жена, Марина, просила купить журнал с программой телевидения на следующую неделю. Краем глаза Алексей заметил, как невдалеке остановилась машина. Водитель вышел и обойдя машину, открыл дверь пассажирского сиденья.

Что происходило потом, Алексей не видел, потому что производил расчёт за журнал. Однако, когда он снова посмотрел в ту сторону, машина уже уехала, а на дороге осталась, опустив плечи, женщина лет тридцати, и плакала, не вытирая слёз. Рядом с ней стоял чемодан.

Поблагодарив киоскёра, Алексей направился в сторону парковки, но… после обернулся и пошёл назад, к плачущей женщине. Он не любил, когда что-то выбивалось из общей картины мира. А эта женщина, прекрасным летним вечером стоящая на обочине дороги и роняющая слёзы, была как раз таким объектом. Вокруг неё кипела жизнь — то тут, то там, раздавался смех, из приспущенных окон авто неслась самая разная музыка, как правило — радостная и жизнеутверждающая.

— Что случилось? — спросил Алексей, подойдя ближе, — почему вы плачете?

Женщина подняла на него красные от слёз глаза.

— Всё кончено, — всхлипнула она.

— Что это «всё»? — спросил Алексей.

— У него есть жена и дети! — крикнула она в лицо Алексею, как будто он был виноват в этом, и пошла вдоль дороги.

— Стойте, а чемодан! — Алексей взял чемодан и понёс его за ней, — да остановитесь же, наконец!

Она остановилась и взяла у него чемодан.

— Простите, я немного не в себе, — сказала отрывисто.

— Вам есть где остановиться? — спросил Алексей, — может, вас проводить до гостиницы?

— Зачем? Это мой город! — увидев, что он смотрит на чемодан, добавила: — там мои работы. Рисунки, наброски… я художница.

— Так это здорово! — похвалил Алексей, но тут опомнился и посмотрел на часы — знаете, мне нужно домой, жена ждёт. Если я чем-то могу вам помочь…

— Нет, нет, я сама, — сказала женщина и взяв чемодан, покатила его за собой. Он посмотрел ей вслед, и повернул к парковке.

Постояв на светофоре он выехал на мост и снова увидел художницу. Женщина стояла и смотрела вниз, на тёмные воды реки. Он посигналил ей и включив аварийку, остановился, нарушив правила.

— Садитесь, я вас подвезу — быстро сказал он и, взяв её под локоток, посадил в машину. Потом подхватил чемодан и положил в багажник.

— Куда едем? — хорошее настроение куда-то улетучилось. Он подумал, что возможно, получит штраф за остановку на мосту. Но тут же укорил себя, по сравнению с проблемой пассажирки, какой-то там штраф казался мелочью. А вдруг она бы бросилась в реку?

— Первомайская двадцать один, — механически произнесла художница, откинувшись на сиденье и глядя в окно стеклянным взглядом.

— Это же на другом конце города! А вы говорили, что живёте рядом, — Алексей посмотрел на часы.

— Ничего я вам не говорила, — не поворачивая головы, ответила женщина.

— Мне нужно предупредить жену, — сказал он, взяв в руки телефон.

 

Набрав номер Марины он сказал ей, что задерживается и всё объяснит дома. Жена восприняла это спокойно, без истерик и лишних вопросов, и он ещё раз подумал, как ему с ней повезло.

— Давайте познакомимся, я — Алексей! — отложив телефон, сказал он пассажирке, чтобы как-то отвлечь её от мрачных мыслей.

— Жанна. Только не надо говорить, что у меня редкое имя! И не сравнивайте меня, пожалуйста, с Жанной Д’Арк! — предупредила она.

— Я и не думал, — ответил Алексей, хотя именно это и собирался ей сказать.

— Хорошо. Просто надоело: всегда одно и тоже!

— Дома есть кто-нибудь? — спросил он, — вы не подумайте чего, просто мне кажется, что вам сейчас нельзя оставаться в одиночестве.

— Послушайте, давайте помолчим, — попросила Жанна, — мне очень, очень плохо. Меня всё раздражает. Даже ваши рыцарские попытки меня разговорить.

Дальше они ехали в полной тишине. Остановившись у указанного подъезда, Алексей помог выгрузить чемодан.

— Спасибо, — поблагодарила она, — простите меня за грубость.

— Да ладно, я всё понимаю,— ответил он, — давайте донесу ваш чемодан.

Ему вдруг стало жалко девушку. Глаза у неё были красными, плечи сгорблены, ещё и тушь потекла. Страшненькая.

— Понимаете? — усмехнулась она, — вот уж вряд ли!

— Жанна! Не убивайтесь вы так, — снова пытался успокоить её Алексей, когда они поднимались в лифте, — предательство любимого человека это больно, но… надо жить дальше! Всё образуется!

Он не был уверен в том, что говорил. Женщина показалась ему серой мышкой, колючей и склонной к истерике. Таких, как правило и бросают.

— Вы хороший человек, — Жанна вышла на лестницу и достала ключ, — спасибо, что проводили!

— Пообещайте мне одну вещь, — попросил он, — пожалуйста!

— Какую? — её лицо не выражало ничего.

— Станьте счастливой! Обещаете?

— Обещаю! — кивнула она, чтобы поскорее отделаться от него и остаться со своим горем наедине.

Вернувшись домой, Алексей сразу забыл о художнице Жанне. Он обнаружил, что жены нет дома. На столе лежала записка, что она уехала на встречу с подругами. Ему это было неприятно, но он понимал, что Марина взрослая женщина, и контролировать её или лишать встреч с подругами было бы неправильно.

Прошло два года. Алексею предложили повышение на работе, и он, прежде чем принять решение думал посоветоваться с женой. Дело в том, что деньги были почти те же, а ответственности в разы больше. Алексей и так считал, что мало времени уделяет жене.

По дороге он купил вина и хорошей рыбки, чтобы побаловать Марину.

«Я дома»! — открыв дверь, крикнул он, — «Марина»!

Но ему никто не ответил. На столе, как обычно, лежала записка от жены, что она поехала на встречу с подругами, и будет поздно.

Алексей нахмурился. Наскоро поужинав тем, что принёс, он посмотрел по телевизору окончание какого-то боевика и позвонил жене. Он всегда переживал, когда она задерживалась допоздна и не просила встретить.

 

Трубку никто не брал. Такое уже было, и не раз — Маринка любила «колбаситься» по её собственному выражению на танцполе. «Наверное, не слышит, — успокаивал себя Алексей, — увидит пропущенные вызовы и перезвонит».

Но она не перезванивала. Алексей курил на балконе, когда у подъезда остановилось такси. Он услышал пьяный голос жены и побежал вниз, захватив кошелёк, чтобы расплатиться.

Но, увидел только, как машина сорвалась с места, вместе с Мариной. Он выскочил на дорогу, но увидел лишь мелькнувшие огоньки, скрывшиеся за поворотом. Снова позвонил жене.

— Алё… послышался в трубке её пьяный голос, — малыш, мы скоро расходимся! Не волнуйся, я на такси доберусь.

— Марина, давай я тебя заберу. Ты где? — спросил Алексей, всё ещё надеясь, что ошибся.

— Не надо меня забииирааать! — жена пьяно икнула, — я сама!

И отключилась. На часах было полвторого ночи.

Алексей сел на лавочку у подъезда. Он мог поклясться, что слышал её голос, и это не давало ему покоя. Куда повёз её таксист, и главное — зачем? Лампочка под козырьком не горела и Алексея не было видно.

Минут через пятнадцать он услышал, как скрипнули тормоза. Машина немного не доехала до подъезда. Алексей пробрался по кустам посмотреть, кто приехал. Из автомобиля буквально вывалилась Марина, и пытаясь идти ровно, спотыкаясь и тихо матерясь, пошла домой.

Такси медленно сдало назад, но Алексей махнул водителю. «Свободен»?

— Тебе куда? — приспустил тот стекло.

Алексей обошел машину, и сев на пассажирское сиденье сразу схватил таксиста за рубашку:

— Почему ты её сразу не высадил?

— Да иди ты, мужик, я вообще не понимаю, о чём ты, — пролепетал таксист, но Алексей видел, что он испугался.

Бить его он не стал. Вышел из машины и пошёл за Мариной. Та уже скрылась в подъезде. Мигая фарами, мимо проехал таксист. Он швырнул из окна сумочку:

— Вот, шмapa твоя забыла! — и дал по газам.

Свидетелем этого позора был сосед со второго этажа, у которого очевидно была бессонница. Мужчина стоял на балконе и Алексей его бы не заметил, если бы тот не закашлялся.

Алексей подобрал сумочку и побрёл домой. Расспросы жены ни к чему не привели. Она глупо хихикала и говорила, что они прекрасно провели вечер с девчонками, и что Алексей всё себе придумал.После чего она уснула. А Алексей не мог.

— Как его звали? — разбудил он её.

— Кого? — спросонок спросила жена.

— Таксиста!

— Отстань, котик, я спать хочу, — сказала она и закрылась от него одеялом.

Утром он не стал будить её и пошёл на работу пешком. Коллеги поздравляли его с повышением, но он не казался радостным.

Ближе к обеду его вызвал директор и пожав руку, сообщил, что он может приступать к своим обязанностям в новой должности. Приказ уже готов.

Новые заботы на некоторое время отвлекли его от грустных дум, но вернувшись домой, он потребовал от Марины ответа.

— Где ты была? С кем? — хмуро спросил он у неё.

— С девчонками! Ты что, мне не веришь? — её глаза распахнулись в недоумении.

— Александр мне всё рассказал! — соврал он.

 

Когда он сел в машину, там, на передней панели, была табличка с указанием данных таксиста. Его фамилия, имя и отчество. Но Марина не знала, что муж был в этой машине, и услышав имя таксиста, сникла.

— Вот c в о л o ч ь , — её лицо запылало от негодования, — врёт он всё!

— Как это так? С чего бы это? Ах, да. Он не просто таксист, он твой давний знакомый!

Марина опустила глаза.

— Да я его впервые видела! Я правда, с девчонками была. Давай я сейчас позвоню Ленке или Тане!

— Ну, эти всё что угодно подтвердят, в этом я не сомневаюсь, — сказал Алексей, — они же твои подруги, а не мои!

Марина опустила голову. Ему очень хотелось поверить ей, но вчерашние воспоминания были очень свежи, и приносили ему невыносимую боль.

— Я не понимаю, с чего вдруг такое недоверие! — подняла на него готовый пролиться слезами взгляд жена, — что случилось?

— Я вас видел. Тебя и этого таксиста. Он сначала тебя привёз, а потом увёз. Объясни.

— Но я…— растерялась она, — понимаешь, я сумку потеряла. Мне нечем было платить.

— Эту? — он достал из ящика комода её сумочку.

— Да… откуда она у тебя? — удивилась жена, но он не ответил.

— Так чем ты ему заплатила? — тихо спросил он.

— Лёша прекрати! Ничем! Уболтала его, наобещала с три короба, и он меня отпустил!

— Не надо, Марина. Хватит считать меня за ду ра ка! Я ухожу от тебя.

— Я не считаю тебя за ду ра ка! Правда, всё так и было! — она не выдержала и разрыдалась, — почему ты мне не веришь?

Он глубоко вздохнул и пошел в другую комнату, оставив её одну. Ему было слышно, как она жалобно всхлипывает, оплакивая свою безбедную жизнь. Не в силах этого выносить, он встал и вышел в прохладный летний вечер. Решил поехать в центр города, отвлечься от тяжёлых мыслей. Впервые в жизни ему захотелось напиться, но для этого нужна была компания.

Алексей позвонил одному приятелю, потом второму. Ему повезло на третий раз. Его старый приятель, Макс, согласился. Возможно потому, что был не женат и лёгок на подъём.

Друзья договорились встретиться в известном кафе, которое облюбовали ещё в студенческие времена. Алексей приехал первым. Несмотря на вечер, свободные места были, и симпатичная хостес проводила его за столик на двоих.

Неподалёку сидела компания из одних женщин, они что-то там отмечали. Алексей вспомнил «девичники» жены и отвернулся. Стало неприятно. Заметив одинокого мужчину, к нему, виляя бёдрами, направилась бесвкусно разукрашенная девица.

— Свободно? — она облизала ярко накрашенные губы и указала на стул за его столиком длинным коготком.

— Занято! — рявкнул он с такой поспешностью, что девицу словно ветром сдуло.

Зато сзади кто-то прикоснулся к его лопатке.

— Мне ничего не нужно, оставьте меня в покое! — обернулся он к женщине, стоявшей сзади.

— Алексей, я просто поздороваться хотела. Вы меня не помните? — немного опешила женщина.

— Нет! — он обернулся. Получилось довольно грубо, и он, всматриваясь в лицо женщины, добавил значительно мягче: — а должен?

— Не помните… — расстроилась почему-то она, — а ведь я о вас почти каждый день вспоминала! Вы так меня поддержали! Я — Жанна, художница. Ну, вспомнили теперь?

 

Он узнал её голос, но не мог поверить, что перед ним та жалкая брошенка, которую он подвёз когда-то. Теперь перед ним стояла симпатичная, уверенная в себе женщина.

Он пригласил её присесть, тем более, что друг задерживался, и махнул официанту.

— Давайте отметим встречу? — спросил он, Жанну, — закажите что-нибудь, прошу.

— Не стоит, наверное, — извинилась она, — я тут с коллегами. Мы отмечаем начало моей выставки.

— Ого! Тогда, тем более нужно отметить! Что закажем? Шампанское?

— Извините, я не пью, — виновато посмотрела на него Жанна, и попросила официанта принести ей безалкогольный мохито.

— Но такой повод!

— Да, — улыбнулась она, — но я, к тому же, за рулём.

— Но я мог бы заказать вам…

Он хотел сказать «такси» — но не стал, и вместо этого показал официанту два пальца.

— Два безалкогольных мохито!

Она смотрела на него, и улыбалась.

— А вы… не изменились почти. Только, почему-то стали колючим, как ёж. А вы здесь часто бываете? — спросила она.

— Нет, — улыбнулся он, — у меня здесь встреча со старым другом, — а где проходит ваша выставка?

— В доме художника, — сказала она, — заходите, как-нибудь. С женой или с другом.

Тут, лёгок на помине, в дверях показался приятель Алексея, и стал выискивать его глазами. Алексей поднял руку и тот направился к ним. Заметив это, Жанна встала, уступая ему место.

— Ну, мне пора! — улыбнулась она, — приятно было повидаться, Алексей!

— А как же мохито? Подождите, Жанна!

— Неудобно, — она покосилась на своих.— Всё-таки люди отмечают открытие моей выставки. Извините, я пойду.

И она пошла за свой стол, где-то и дело слышались взрывы хохота и аплодисменты.

— Кто это? — спросил, пожимая ему руку, подошедший Макс.

— Знакомая художница! — ответил Алексей.

— Ничего так, — с видом знатока кивнул тот, — познакомишь?

— Нет, — ответил Алексей, — сегодня мы с тобой отмечаем моё повышение!

Официант принёс два безалкогольных мохито.

— О! Мохито! Это запивать что ли? — подняв одну бровь, спросил Макс. — Где текила, брат?

— Бутылку «альмеки», соль и лимон! — сделал заказ Алексей.

— Серебряную или золотую? — уточнил официант.

— Серебряную, — ответил Алексей. — И лимончик помельче порежьте.

Он давно не пил крепкий алкоголь — максимум, позволял себе пиво и то, редко. Поэтому не рассчитал свои силы.

Утром, открыв глаза, он частично вспомнил подробности вечера, и к головной боли прибавились более серьёзные страдания — нравственные.

 

Напившись, он пошёл за соседний столик, где сидела Жанна, всем объяснял, как она его поразила, и клялся на ней жениться. Женщине было стыдно, она просила Алексея угомониться, и даже, кажется, ударила его, когда он попытался её поцеловать..

Он осознанно вредил ей, позорил, потому что увидел в ней Марину — двуличную, наглую бабу, которая, как он был теперь абсолютно уверен, все годы их брака обеспечивала ему крепкие, ветвистые рога.

Теперь ему было стыдно перед художницей. Её номера телефона у него не было, да и на её месте он бы сам не стал с собой разговаривать…

— Лёшенька, — услышал он голос жены, — тебе плохо? Может, аспиринчику? — он принял из её рук бурлящий стакан, и прежде чем выпить, перекрестился.

— Ты что? — засмеялась она, — креститься начал?

— А вдруг ты меня отравишь? — мрачно отозвался Алексей.

— С чего бы это? — она села рядом и провела рукой по его волосам, — ну, Лёш. Ну, хватит.

— Да ты права. С меня хватит. — Он набрал номер Максима.

— Здорово. Ты как?

— А ты как думаешь? — простонал тот, — xepoвo! Башка трещит.

— А не надо было… — улыбнулся Алексей, — слушай, Макс, у тебя можно перекантоваться? Недельку, думаю. Пока квартиру не сниму.

— Слушай, ну в принципе можно… если тебя срач не пугает, уилкам, — ответил тот.

— Спасибо, Макс. Я скоро буду, — сказал Алексей и кивнул жене: — спасибо за аспирин!

***

На выставке почти не было посетителей. Все кто хотел, уже ознакомились с экспозицией.

Анна Витальевна, заслуженный работник культуры, а теперь смотритель в доме художника, заметила мужчину, лицо которого показалось ей смутно знакомым. В руках мужчина держал букет цветов.

Он долго стоял перед портретом. Анна Витальевна даже не разглядывала, чьим, она больше любила пейзажи. Наконец, она не выдержала, подошла к мужчине и встала рядом. Рассмотрев картину, она нашла сходство портрета с посетителем.

— А похож, — тряхнула она головой, — даже очень!

— Я бы хотел увидеть автора этой картины, — шепнул Анне Витальевне странный мужчина.

— Где ж я тебе её найду, на открытие надо было приходить! — ответила Анна Витальевна. — Теперь она только на закрытие придёт. Будет фуршет.

— А когда он состоится?

— В конце августа, — Анна Витальевна посмотрела зачем-то на наручные часы, двадцать восьмого.

— Это же так долго, — не смог скрыть досады Алексей. Повернувшись, чтобы уйти, он неожиданно столкнулся лицом к лицу с Жанной.

— Здравствуй…те! — он протянул ей букет, — я так рад… Прости… простите меня.. я виноват!

— То есть, вы отказываетесь на мне жениться, — усмехнулась она, и не взяв цветы, прошла вперёд, — а то меня коллеги теперь постоянно спрашивают, когда свадьба!

— Все они такие! — каркнула за плечом у Алексея Анна Витальевна, и он вздрогнул от неожиданности, чем рассмешил художницу.

— Ладно, давайте выйдем, — сказала она, — и помахала Анне Витальевне, — спасибо за поддержку!

Они вышли на улицу, и Алексей снова протянул цветы Жанне.

— Возьмите, это вам. Мне правда, очень стыдно. Понимаете, я узнал, что моя жена… В общем, я почувствовал тоже самое, что и вы, когда мы встретились с вами впервые.

— Мне жаль, — сказала она, принимая букет — правда. Пообещайте мне одну вещь.

— Всё что угодно, — с готовностью отозвался Алексей.

— Вы станете счастливым, не смотря ни на что. Обещаете?

 

Возле них притормозила иномарка. За рулём сидела женщина в тёмных очках.

— До свидания, Алексей, — садясь в машину, сказала Жанна, — я верю в вас!

И уехала.

Алексей снял жильё недалеко от работы, пока риэлтор занимался разменом его квартиры. Они с Мариной подали на развод. Она немного успокоилась, больше ни о чём не просила его.

***

На закрытии выставки было так много народу, что яблоку негде было упасть. Пускали только по специальным пропускам, чтобы на выставку не проникли любители выпить на дармовщинку. К тому же, мероприятие собирался посетить мэр.

Анна Витальевна увидела в толпе людей знакомое лицо. Алексей пытался уговорить охранника его пропустить, но тот отказывался.

— Пропустите, это главный натурщик! — крикнула она, и взяв Алексея за руку провела его на выставку.

— Спасибо! — Алексей был готов расцеловать женщину, — вы даже не представляете, что вы для меня сделали!

— Ладно, иди, герой-любовник! — засмеялась Анна Витальевна.

Жанна в вечернем платье и золотых босоножках блистала среди собравшихся ценителей её живописи. Алексею с большим трудом удалось пробиться к ней.

Когда же наконец удалось, он встал перед художницей на одно колено. Все сразу расступились. Алексей протянул художнице коробочку с кольцом, присовокупив к ней предложение руки и сердца. Щёлкали затворы камер.

— Что скажешь? — спросил Алексей, — ты согласна?

Она ответила не сразу. Люди, присутствующие в зале, напряжённо ждали, но больше всех ждал Алексей.

— Я не могу, — сказала она, и сердце его упало, — не могу сказать тебе «нет»!

По залу пронёсся вздох облегчения. Анна Витальевна смахнула слезу, чувствуя себя причастной к чужому счастью, и оттого сама счастливая.

— Горько! — крикнул какой-то перебравший дармового шампанского гость.

Алексей с Жанной уехали на одном такси. Водитель, разглядев Алексея в зеркало, зачем-то поднял воротник. Но Алексею было не до него, он был полностью очарован женщиной, которую, как ему казалось, он ждал всю свою жизнь.

источник

Понравилось? Поделись с друзьями:
WordPress: 6.41MB | MySQL:44 | 0,153sec