Не судьба

— Я женат уже больше двадцати лет, у меня две взрослые дочери и маленький сын. Зачем мне ещё кто-то? Семью свою из-за тебя рушить я не буду, на это даже не надейся. Где ты, и где моя жена. Вы две большие разницы.
— Зачем же ты тогда… — прошептала побледневшая от волнения Елена. — Зачем… со мной…

 

Ангелина увидела входящий звонок от сестры и нахмурилась. Меньше всего сейчас она хотела разговаривать с ней. Но телефон звонил снова и снова, и ей пришлось ответить:

— Да, Вероника, я тебя слушаю.

— Ты почему телефон не берёшь, Вера Игоревна тебе сто раз набирала! — в трубке послышался недовольный голос младшей сестры. — Я тоже дозвонилась с двадцать пятой попытки. Неужели так трудно ответить на вызов? Если люди тебе звонят, значит им что-то нужно.

Ангелина усмехнулась:

— Слушай, Ника. Для начала ты могла бы и поздороваться. И вообще, что за дурацкая привычка постоянно выступать с претензиями? Хотя, чему я удивляюсь, ты всегда была такой. Ни тебе здравствуйте, ни до свидания.

— Давай я расскажу, какой была ты, — огрызнулась Вероника. — Слава Богу, сейчас у меня всё хорошо. А вот детство ты мне испортила.

— Кто бы говорил! — воскликнула Ангелина. — Между прочим, я старше тебя всего на два года, а получала от мамы только я. И все из-за тебя. Ты считаешь это нормальным? Зачем ты вообще позвонила мне? Хотела настроение испортить? Извини, но у тебя не получилось, потому что у меня его и так нет.

— Нет, я позвонила, потому что меня разыскала Вера Игоревна, наша старая соседка. Не знаю, откуда у неё мой телефон, может быть мать дала, я не удивлюсь. Так вот, она сказала, что мама заболела и её срочно нужно забрать к себе. В общем, поезжай к ней и забери.

— Интересное дело получается, — рассмеялась Ангелина. — Значит, ты — мамина любимица, а забирать её должна я? Ничего не выйдет, дорогая. Бери её к себе. Тем более что ты живёшь в областном центре, там и возможности получше и врачей побольше.

— Совсем с ума сошла? — воскликнула Вероника. — Ты прекрасно знаешь, что Кирилл принял мою дочку с большим трудом. А теперь хочешь, чтобы я навязала на него ещё и мать? Да он просто выставит нас всех за порог и будет прав.

— У твоего Кирилла денег лопатой не перемешаешь, — съязвила Ангелина. — На что тебе жаловаться? Кстати, я всегда удивлялась, как тебе удалось подцепить его. Вроде бы в тебе ничего такого нет, не фотомодель, умом тоже не блещешь…

— Зато ты у нас умница-разумница! — расхохоталась Вероника. — А только живёшь с каким-то алкоголиком. Фу, позорище. Я бы так не смогла. Помнишь, как сказал кто-то из писателей: «Ты лучше голодай, чем что попало есть и лучше будь один, чем вместе с кем попало». Вот я живу по этому принципу и у меня всё хорошо, в отличие от тебя.

— Боже мой! — усмехнулась Ангелина. — Какие речи! И от кого я их слышу? От неудачницы, которая с двойки на тройку перебивалась? Это же просто смешно, когда человек цитирует кого-то, а кого, не знает. Между прочим, это слова Омара Хайяма, мудреца и поэта, а вовсе не какого-то там писателя, как ты говоришь…

— Ой, ладно, — отмахнулась от сестры Вероника. — Я не обязана знать всю эту чушь. Это же ты у нас учительница, интеллигенция в первом поколении. Достала со своими нравоучениями. Скажи лучше, когда ты заберёшь мать?

— А куда я её заберу? — пожала плечами Ангелина. — В двухкомнатную квартиру? Ты издеваешься надо мной? Не собираюсь я никуда её забирать. Вспомни, сколько раз в детстве ты кричала мне, что это только твоя мама. Один раз даже голову мне разбила кубиком. Неужели забыла? А я помню. Так вот, поздравляю, ты победила: теперь мама ТВОЯ. Я больше не собираюсь претендовать на её любовь. Так что, милочка, забирай её к себе.

— Ты что, совсем дура? — сорвалась на крепкое слово Вероника. — Я только что тебе сказала, что не могу забрать её…

В трубке что-то щёлкнуло и повисло молчание. Это Ангелина отключила вызов.

— Вот зараза какая! — воскликнула Вероника. А потом подумала и набрала номер соседки:

— Вера Игоревна? Да, это я. К сожалению, я не могу приехать к маме. У меня тут очень много дел. Я только что разговаривала с Ангелиной. Позвоните ей тоже, сейчас она возьмет трубку, и расскажите обо всём.

 

— Вероника, а ты что сама не можешь поговорить с сестрой? — удивилась Вера. — Ваша мать больна. Ей необходимы уход и забота. У нас в доме постоянно ломается лифт, а мы с ней живём на седьмом этаже. Она даже сходить в магазин не может, постоянно просит об этом меня. И это при том, что у неё есть две взрослые дочери. Как вам не стыдно, я не понимаю?

— Ой, вот только не надо учить меня жизни, — рассердилась Вероника. — Ладно, раз больше это никому не надо, я приеду, скажите об этом матери. Кстати, почему она сама мне не позвонила? Может быть, вы это всё выдумываете?

— Да у неё никогда на телефоне денег нет. А недавно она его и вовсе утопила в раковине. Рыдала так, как будто потеряла близкого человека, а не старенький кнопочный телефончик. Скинулись бы вы с сестрой и купили ей хороший, современный телефон с сенсорным экраном. Научили бы её пользоваться им. Она бы созванивалась с вами по видео, может быть, не так тосковала бы.

— Ладно, я что-нибудь придумаю, — буркнула Вероника и отключила вызов.

А Вера пошла к соседке, чтобы обрадовать её скорым приездом дочерей.

— Васильевна, ну, дозвонилась я до твоей Вероники и сказала, что ты заболела. Она обещала приехать, Ангелину тоже с собой возьмёт. Вот увидишь, заберут они тебя к себе и все у тебя будет хорошо.

— Ох, не знаю, — вздохнула Елена Васильевна. Что-то они не сильно балуют меня своим вниманием. Наверное, я обидела их чем-то, а чем – не знаю.

Вера присела на табурет, не понимая, о чём говорит её престарелая соседка, но догадываясь, что разговор будет долгим.

— Чем это ты их обидела? Растила одна, себе во всём отказывала, ночей не спала, на двух работах загибалась. Мне ли не знать, как тяжело тебе было?

— Так-то оно так. А всё-таки жизнь ты знаешь какая… — покачала седой головой Елена. — Ангелине было всего два года, когда родилась Вероника. Вероника была такая слабенькая, что у меня сердце обливалось слезами, когда я на неё смотрела. Всё детство с ней по больницам, старалась поднять её на ноги. Лекарства, врачи. Конечно, я и для Ангелины старалась, но всё равно приходилось старшую дочку обделять своим вниманием. А они, подрастая, просто соревнования какие-то между собой устраивали. Друг перед другом пытались выделиться, вечно что-то доказывали, даже дрались. Я, как могла, мирила их, но стоило мне отвернуться, они начинали всё сначала. Эх, жизнь моя жизнь. Вроде и старалась для всех, себе во всем отказывала, а ничего из этого не вышло. А годы пролетели как один миг. Тяжело думать об этом.

Жизнь Елены Васильевны и в самом деле была нелёгкой. Когда-то, ещё совсем молоденькая девочка, только-только окончившая школу, приехала в город из деревни и поселилась у своей бабушки. Вера Петровна сама попросила её об этом, она постоянно болела и нуждалась в посторонней помощи.

— Будешь ухаживать за мной, внучка, а я за это отдам тебе квартиру. Всё-таки в городе молодым жить лучше, больше перспектив и возможностей. Замуж выйдешь за хорошего человека, а я за тебя буду радоваться. Правнуков посмотрю напоследок. А тебя не обижу, не бойся, всё-таки ты моя единственная внучка от покойной дочери. Ну что, договорились?

Лена, прожившая последние несколько лет с отцом, мачехой и сводным младшим братом, чувствовала себя в семье лишней, а потому охотно согласилась на предложение престарелой родственницы.

Вот только вместо тёплых отношений с бабушкой, она получила целый круг бесконечных обязанностей, и Вера Петровна тщательно следила, чтобы внучка делала всё так, как надо, не отступая от правил ни на шаг.

На долгие годы Лена превратилась в безмолвную и беспрекословную сиделку, у которой совершенно не могло быть личной жизни и своего мнения. Несколько раз Лена пыталась отпроситься у бабушки пойти погулять, но та поднимала такой скандал, что девушка перестала даже думать об этом. Она не получила образование, не нашла себе достойного мужа и однажды проснулась взрослой, одинокой женщиной, которая совсем не знала жизни.

Хорошо хоть бабушка не обманула, и после своего ухода оставила внучке квартиру, обеспечив жильём. Но Елену это уже не радовало. Теперь она понимала, молодость и лучшие годы остались позади, а впереди ее ждало одиночество, ведь она просто не умела строить с кем-то отношения.

 

Чтобы не сидеть на месте, Елена устроилась санитаркой в больницу. Работала она добросовестно, терпеливо ухаживала за самыми капризными больными, потому что просто привыкла делать это и уже смирилась со своей судьбой, когда однажды в одну из палат привезли пожилую женщину, Маргариту Андреевну. Её беспокоило давление, и врачи приняли решение подержать её немного в стационаре, чтобы понаблюдать за здоровьем. Вообще она была необычной больной, её муж когда-то занимал в городской Думе высокий пост, и она привычно считала, что ей все и всем обязаны.

Маргариту Андреевну часто навещал сын, Владимир, и симпатичная санитарка понравилась ему.

Он сделал несколько неловких попыток поухаживать за ней, и был очень удивлён, когда Елена ответила ему взаимностью. Он и не подозревал, что она, не искушенная в любовных отношениях, приняла всё за чистую монету и быстро доверилась ему, в надежде на простое женское счастье.

Владимир был просто ошеломлен, когда узнал, что он стал первым мужчиной Елены.

— Ты что, из леса вышла? — спросил он её. — Как так могло быть? В наше-то время…

Лена покраснела и прижалась к его плечу:

— Наверное, я всегда ждала тебя, — ответила она и улыбнулась.

Они встречались несколько месяцев, а потом Владимиру надоела эта интрижка, и он перестал приходить к Елене, ссылаясь на занятость. Она всё понимала и не беспокоила его, но однажды не выдержала и сама набрала его номер:

— Володя, я тебя жду, сегодня обязательно приходи, нам нужно поговорить.

Он поморщился:

— Вообще-то, мне некогда. Но ладно, вечером буду.

Когда он пришёл к Елене, она проводила его в комнату и усадила за празднично сервированный стол:

— Хм, есть повод? — удивился он.

— Володя, — улыбнулась Елена, — нам нужно как можно скорее узаконить наши отношения. Я жду ребёнка… Представляешь? У нас будет маленький…

Она замолчала, думая, что он сейчас обрадуется, будет обнимать и целовать её, побежит за цветами, а потом они будут долго планировать их совместную жизнь и уснут в объятиях друг друга. Но вместо этого Владимир только нахмурился:

— Ты с ума сошла, какие отношения, какой ребёнок? Я женат уже больше двадцати лет, у меня две взрослые дочери и маленький сын. Зачем мне ещё кто-то? Семью свою из-за тебя рушить я не буду, на это даже не надейся. Где ты, и где моя жена. Вы две большие разницы.

— Зачем же ты тогда… — прошептала побледневшая от волнения Елена. — Зачем… со мной…

— Ну а что такого? Я мужчина, мне иногда хочется отвлечься от семейной жизни. Все так делают. Ладно, объясняться с тобой я не собираюсь. Вот тебе деньги на аборт. И давай считать, что между нами ничего не было. Забудь. Было и прошло. Понятно?

Он бросил деньги на стол, встал и ушёл, а Елена ещё долго сидела, обхватив голову руками. Она решила рожать. В конце концов, ребёнок — это счастье, и она не собирается лишаться его.

В положенный срок Елена родила Ангелину, но Владимир так и не узнал об этом, впрочем, для счастливой матери это было совсем неважно. Она вся отдалась материнству и просто обожала маленькую дочку.

Но однажды дома у неё случилось беда: в квартире сверху прорвало трубу в ванной комнате и Елену затопило. Расстроенные соседи сразу же пришли к ней. Вины своей они не отрицали и предложили провести ремонт за их счёт.

— Мы наймём бригаду, которая всё сделает и у вас, и у нас, — взволнованно говорили пожилые супруги. — Вы только не сердитесь, пожалуйста.

 

— Да я и не сержусь, — улыбнулась Елена, прижимая к себе дочь. А следующим утром встретила Николая, того самого мастера, который взялся за ремонт в её квартире. То, что можно было сделать за три дня, Николай растянул на неделю. Но Елена не возражала против этого. Впервые в её квартире появился настоящий мужчина, который починил всё, что только можно и всюду навёл идеальный порядок. Он даже поправил антресоли, помог Елене выбросить из квартиры весь хлам и сделал несколько удобных полок на балконе.

За это Елена вкусно кормила его, а когда узнала, что Николай приезжий, предложила на время ремонта ночевать у неё. Он охотно согласился и однажды вечером они оказались в одной постели. Второй раз Елена доверилась мужчине и снова ошиблась.

Полгода они прожили вместе как сожители, и в быту вся позолота романтики и благополучия быстро слетела с Николая. Он оказался самым заурядным человеком с целым букетом вредных привычек. А ещё он сразу невзлюбил Ангелину и как-то, прямо на глазах у матери, пару раз шлёпнул малышку за брошенную игрушку, на которую он наступил.

Елена бросилась на Николая как разъярённая кошка, готовая защищать своего котенка. И уже через полчаса он вместе со своими вещами был выставлен из квартиры.

— Ну и пропадёшь тут одна, дурында! — крикнул он ей на прощание. – А я хотел как лучше!

— Проваливай и больше здесь никогда не появляйся, — махнула рукой Елена и закрыла дверь. А ещё через две недели расплакалась, поняв, что снова ждёт ребёнка.

И вот у Елены было уже две дочери. Ангелина и Вероника. Может быть из-за того, что у них были разные отцы, девочки совсем не были похожи друг на друга не только внешностью, но и характером. Вероника слабенькая и болезненная, не могла отвечать сестре силой на силу, поэтому придумывала много других способов насолить Ангелине. Она специально портила вещи сестры, постоянно жаловалась на неё маме, совсем никого не жалела и привычно любила только себя.

Ангелина предпочитала решать проблемы кулаками и не видела в этом ничего плохого. И снова Вероника ябедничала на сестру, показывая матери синяки и царапины. Ангелина кричала, что это не она, что та ударилась сама, но Елена, зная вздорный характер старшей дочери, ей не верила. Так в вечном соперничестве и драках девочки взрослели, и Елена ничего не могла с этим поделать.

Впрочем, ей было не до этого. Чтобы хоть как-то содержать свою семью, она работала на двух работах, а ночами мыла подъезды, договорившись с соседями об оплате.

Однажды за завтраком Елена заметила, что дочери как-то странно переглядываются. Причём, Ангелина улыбалась, а Вероника хмурилась и делала сестре предостерегающая знаки.

— Что происходит? — спросила Елена.

— Ничего, мам. Всё в порядке, — покраснела младшая дочь.

— Наша Вероника влюбилась и мечтает поскорее выйти замуж, — заявила Ангелина, окидывая сестру торжествующим взглядом.

Елена улыбнулась:

— Ну что ж, вполне естественное желание для шестнадцатилетней девушки. В эти годы все мечтают о замужестве. Это нормально.

— Неправда, мама, — рассердилась Ангелина. — Я вот замуж не хочу. Лучше спокойно жить для себя и ни от кого не зависеть. Сейчас многие так делают. И хорошо себя чувствует.

Елена пожала плечами:

— Не могу согласиться с тобой, дочка. Семья — это замечательно. Я просто не представляю, что было бы со мной, если бы не вы. Это же такое счастье иметь любящую семью.

— У тебя устаревшие взгляды на жизнь, мама, — фыркнула Ангелина и снова посмотрела на замолчавшую сестру. — А ты ничего не хочешь сказать?

Вероника покачала головой.

— Ну, тогда я сама скажу за тебя. Мама, твоя прекрасная Вероника беременна, а парень, с которым она спала, от неё сбежал, как только узнал об этом. Как тебе новость? Что скажешь?

 

Елена ахнула:

— Ника, доченька, неужели это правда?

— Да, мам. Я не хотела, чтобы ты знала. Думала, потихоньку сделаю аборт и всё. Но в больнице мне сказали, что если я несовершеннолетняя, значит должна приходить с кем-то из родителей. И вообще, от этих врачей больше проблем, чем помощи.

— Вероника, — Елена внимательно посмотрела на дочь, — конечно, ты ещё несовершеннолетняя, но вполне уже взрослый человек, а значит должна научиться принимать правильные решения.

— Что ты хочешь этим сказать? — вспыхнула Вероника.

— Будешь рожать, — спокойно ответила ей мать. — Я вас вырастила и внучке помогу подняться, можешь быть в этом уверена.

— Мам, ты что, не понимаешь, что я не хочу?! — расплакалась девушка, а её сестра продолжала сидеть и улыбаться, нисколько не сочувствуя ее горю.

— Меньше надо было шляться, — процедила сквозь зубы Ангелина, надеясь, что мать поддержит её в этом. — А то как под парней ложиться, так ты первая, а как расхлебывать, так должны мы с мамой, да?

— Ангелина, прошу тебя, перестань, — попросила Елена. — Как говорится, на долгий день ума не хватит. Что уж теперь говорить. А рожать тебе, Вероника, придётся.

Вероника вскочила и выбежала из кухни, а потом закрылась в своей комнате и горько разрыдалась.

Ещё несколько раз она пыталась убедить мать помочь ей с абортом, но Елена осталась непреклонной и настояла на родах. Вот только Вероника никак не могла привыкнуть к тому, что у неё теперь есть ребёнок и почти до семи лет внучку воспитывала сама Елена.

Ангелина, к тому времени, успела окончить педагогический институт и выйти замуж, хоть и не по любви. Она вообще считала, что любовь — это сказочка для наивных дурочек. А взрослые, серьёзные люди живут по другим правилам, их объединяет уважение и терпение друг к другу. Впрочем, в браке Ангелины, ни того ни другого не было, с мужем она жила плохо, отношения выясняли через постоянные претензии друг другу, но всё-таки не расставались, потому что не надеялись встретить что-то лучшее.

С сестрой Ангелина практически не общалась, не поздравляла её ни с праздниками, ни с днем рождения, а когда узнала от матери, что у Вероники появился богатый поклонник, завистливо протянула:

— Ну конечно! Она привыкла на свою удочку женихов ловить, в своём городе всех перебрала и решила в область податься. Интересно, что за олух там нашёлся?

— Что же вас никак мир не берёт? — вздохнула Елена. – Ты на нее постоянно наговариваешь, она на тебя. Вроде бы и взрослые уже, должны как-то найти общий язык.

— С кем, мама? — воскликнула Ангелина. — С этой задавакой? Извини, но я не хочу. А если ты будешь всё также на её стороне, я перестану общаться с тобой. Поэтому, лучше не трогай меня.

И Елена не трогала ни старшую дочь, ни младшую. Только когда Вероника приехала и сказала ей, что собирается выйти за Кирилла замуж, кивнула ей на маленькую дочку, которая жила с ней последнее время:

— Ты рассказала ему о Сонечке?

— Нет ещё, мама, – махнула рукой Вероника. – И я хочу попросить тебя, чтобы ты оставила её пока у себя. Я потом как-нибудь признаюсь ему, найду удобный момент и всё расскажу. А пока не надо этого делать.

— Не выдумывай, — оборвала её мать. — И скажи Кириллу правду сразу, до свадьбы. Иначе потом будет только хуже.

— Мам, сначала ты заставила меня её рожать, а теперь хочешь, чтобы в моей личной жизни всё было плохо? — воскликнула возмущенная Вероника.

 

Елена покачала головой:

— Я хочу, чтобы ты забрала свою дочку и чтобы она жила при тебе. Вот и всё. Ты знаешь, что дороже Сонечки у меня никого нет, но ни одна бабушка не заменит ребёнку матери. Запомни это раз и навсегда.

Не говоря больше ни слова, она принялась собирать вещи внучки.

Веронике ничего не оставалось делать, кроме как выполнить требование матери. Но она не представляла, как расскажет о дочери своему жениху, ведь он совсем не любил детей. Хоть и с трудом, но ей все-таки удалось выкрутиться перед Кириллом. Она объяснила всё молодостью и глупостью, долго умоляла его не бросать её.

Скрепя сердце, Кирилл принял Соню, но сразу предупредил, что участвовать в её воспитании не будет. А Вероника этого и не просила, ей было достаточно того, что она сама устроилась благополучно.

На свадьбу Вероника не позвала ни мать, ни сестру…

Елена на это только вздохнула, а Ангелина ехидно рассмеялась:

— Ну что, теперь ты увидела, что пригрела змейку на свою шейку? Эх ты, мама. И мне жизни не давала, и от своей любименькой Вероники ничего не дождалась.

Вспомнив этот разговор со старшей дочерью, Елена покачала седой головой. Как же так вышло? Что она делала не так? Может быть, нужно было больше уделять внимание дочерям, но тогда им приходилось бы ложиться спать голодными. Сама Елена, бывало, падала с ног от усталости, стараясь заработать побольше, отказывала себе в лакомом кусочке, отдавая всё дочерям. Хотела, чтобы они выросли хорошими людьми, но, где-то, видимо, ошиблась.

***

Проводив соседку, Елена Васильевна подошла к окну и долго смотрела во двор, надеясь, что вот-вот там появятся её дочери и внучка, но время шло, на улице совсем стемнело, а несчастную старушку так никто и не вспомнил.

Прошло полгода. Однажды вечером зазвонил телефон Вероники, но она не услышала его и на звонок ответила Соня. Она молча выслушала невидимого собеседника, потом отправилась искать мать:

– Тебе звонили, – сказала она. – Тетя Вера.

– Какая тетя Вера? – равнодушно спросила Вероника.

– Бабушкина соседка. Она сказала, что бабушка умерла.

Вероника вскинула на дочь недоуменный взгляд.

– Умерла?!

– Да.

– Да что же все так не вовремя?– всплеснула руками Вероника. – Теперь придется отменить поездку в Милан.

– Мама! – в глазах Сони появились слезы. – Мы что, теперь туда не поедем? А я всем подругам уже рассказала, что лето проведу в Италии. Ну мама!!!

– Сейчас я позвоню тете Ангелине, может она сама займется похоронами…

Хоронила Елену Вера Игоревна, её соседка. Она собрала на похороны деньги с других соседей, и каждый дал, кто сколько мог. Дочери так и не появились, чтобы проводить мать. Вероника и Соня улетели в Италию, а Ангелина просто сказала, что плохо себя чувствует.

– Совести у них нет вот и все,– вздохнула Вера, разговаривая об этом с соседями. – Но закон бумеранга никто не отменял. Вспомнят они о матери, раскаются, да поздно будет.

– Жизнь сама накажет,– кивнул её муж. – А хорошая была старушка, Царствие ей Небесное! Добрая… Жалко мне её, так жалко… Ох и судьба у нее была… Тяжелая.

Ольга Брюс

источник

Понравилось? Поделись с друзьями:
WordPress: 6.44MB | MySQL:44 | 0,146sec